Исаев Андрей Константинович

Опрос

В условиях экономического кризиса государство должно
максимально экономить деньги, сворачивая все программы
финансово максимально поддерживать граждан и, соответственно, покупательную способность

Голосовать

Ссылки

3. ЦСКП

Публикации в СМИ

19-03-2012

"Атака Исаева" 8 выпуск

    

А.ИСАЕВ: Меня зовут Андрей Исаев. Напоминаю, я председатель комитета Государственной Думы по труду, социальной политике и делам ветеранов, член фракции «Единая Россия». Мнение, которое я высказываю в этой программе, вполне пристрастно. Я не журналист, я политик. А ваше мнение вы можете высказать, направив SMS-сообщение по телефону +7-925-101-107-0 или отправить сообщение можно также на сайт радиостанции rusnovosti.ru. Через некоторое время мы включим телефон нашего прямого эфира 788-107-0. Пока поговорим. Главной темой сегодняшней программы я предлагаю сделать трудовой кодекс. Но, тем не менее, все-таки не могу не высказать несколько политических замечаний прежде, чем мы перейдем к обсуждению главной, основной темы. На минувшей неделе мне уже пришлось сказать о том, что с моей точки зрения, ряды оппозиции становятся более жидкими, малочисленными. Это, на мой взгляд, видно, когда мы смотрим на происходящие митинги. Это уже не сотни тысяч, это тысячи, а в некоторых случаях даже сотни людей. И причина, на мой взгляд, достаточно очевидная. Во-первых, это безоговорочная победа Владимира Путина в первом туре на президентских выборах. Победа, которую признали все, в том числе международные наблюдатели, в том числе международное сообщество. Признали оппоненты Владимира Владимировича Путина. И для тех людей, которые, наверное, не согласны в чем-то с ним, не согласны с политикой, проводящейся в стране, с какими-то проявлениями этой политики, и они выходили на митинги протеста. В какой-то момент, может быть, в декабре сложилось ощущение, что они большинство. Сейчас они видят, что большинство поддерживает Путина. Это не значит, что они безгласны. Это не значит, что требования их несправедливы. Это значит, что надо жить, уважая позицию и мнение большинства. Второй важный момент состоит в том, что, на мой взгляд, лидеры этой оппозиции, «белых ленточек», так и не сумели предъявить какую-то конструктивную программу. Они много говорили, против чего они, но они не объяснили, за что они. Они не смогли даже договориться, как вести себя на президентских выборах. Одни предлагали одно поведение, другие — другое. Это тоже впечатлило, на мой взгляд, рядовых граждан, которые не заинтересованы в политике, непрофессиональные политики, занимаются своими делами. На сегодняшний день победившая власть проявила абсолютную и яркую готовность к сотрудничеству с оппозицией. Для меня самого было удивительно, когда Дмитрий Анатольевич Медведев принял у себя многих представителей несистемной оппозиции, в том числе тех, кто на митингах так нёс и власть, и лично Медведева и Путина. Тем не менее, он с ними встречался, обсуждал контуры политической реформы. Сегодня представители несистемной оппозиции включены в рабочую группу, которая занимается этой политической реформой. Они все чаще и чаще приходят в Государственную Думу. Кстати, наш комитет по труду, социальной политике и делам ветеранов создал экспертный совет, без которого не будет рассматриваться ни один из важных, значимых законов. И мы туда пригласили представителей всех не прошедших в Государственную Думу политических партий. Я благодарен их лидерам, они направили своих представителей. В ближайшее время экспертный совет начнет работу. Сейчас надо будет еще обратиться к Владимиру Рыжкову, поскольку восстановлена регистрация его партии. И пожалуйста, если у вас реально есть конструктивные предложения, участвуйте в законотворчестве, несмотря на то, что пока вы не представлены в Государственной Думе. Мы открыты. Но вот те, кто остается в этих более компактных, скажем так, рядах оппозиции, они, на мой взгляд, обнаружили опасную тенденцию к превращению в своего рода секту, секту «белых лент». Вы помните, наверное, в 90-е годы было такое «белое братство». Я знаю, что мне сейчас скажут, что так сравнивать некорректно. «Белое братство» это была религиозная секта. Здесь формируется только политическая секта. В «Белом братстве» был очевидный, харизматичный лидер, госпожа Цивигун, кощунственно называвшая себя Марией Деви Христос. Здесь много разных, условно скажем, лидеров. В «Белом братстве» они призывали покаяться каждого, кого встречали на улице, во всем. Здесь призывают покаяться только российские власти. Но тоже во всем. Тем не менее появились явные черты сектантства. В чем заключается сектантство, с моей точки зрения. Сектантство — это всегда видение себя в несколько исключительном свете. Вот на меня распространяются эти права, на вас не распространяются. Мои слова правильные, ваши — заведомо плохие. Госпожа Латынина, она недавно совсем от того заявления, когда называла участников митингов в поддержку Путина, быдлом и анчоусами, перешла к предложению ввести ценз на выборах. Имущественный ценз. У нас большинство голосует не так, как нравится госпоже Латыниной. Пусть это большинство не голосует, пусть оно просто работает, платит налоги. А те, кто нравится Латыниной, будут голосовать и определять власть. Или вот господин Навальный предложил то, чтобы митинги проводить теперь не уведомляемые. Просто мы имеем по Конституции право, где хотим, там и собираемся. Что такое в многомиллионном городе массовое собрание людей и какие это риски? Это, во-первых, возможность перекрытия транспорта, для этого надо подготовиться, чтобы разгрузить другие магистрали, чтобы не было коллапса, мы и так знаем, что такое пробки. Это надо обеспечить безопасность выхода людей из ближайшего метро, чтобы не было давки. Это необходимо обеспечить охрану самого митинга. Всё это требует милиции, дополнительных сил милиции. А милиционеры — полицейские, прошу прощения, оговариваюсь по-старому, это тоже люди, у которых свои семьи и свои права. Необходим график, необходимо изменение этого графика. На всё это наплевать. Необходимо поставить рамки для того, чтобы террорист не проник в толпу и не пронес туда взрывное устройство. В такие уж тяжелые времена мы живем. Необходима скорая помощь, которая окажет помощь людям. Даже не нужно никаких волнений, просто человек пожилой или больной, услышал что-то такое на митинге, разволновался, и вот он заболел, ему необходима помощь. Всё это нужно организовать. Плевать на это, плевать на нужды людей — хочу выйти здесь. Ну, и наконец, последняя болезненная реакция на фильм НТВ «Анатомия протеста», которая тоже, на мой взгляд, продемонстрировала такой сектантский взгляд несистемной оппозиции «белых лент». В чем он выражается, продолжим после небольшой паузы.

 

А.ИСАЕВ: Андрей Исаев. Мы заканчиваем такое небольшое мое вступление, когда я говорил о том, что, к сожалению, «белые ленточки» превращаются в такую политическую секту внутри страны. Я привел, пожалуй, последний аргумент в этой связи. Это их реакция на вышедший по НТВ фильм «Анатомия протеста». Не хочу судить фильм. Мне он, кстати говоря, понравился. Но кому-то, наверное, нет. Право людей, право того же НТВ ставить те фильмы, которые они хотят. Ведь никто же не цензурирует «Эхо Москвы». Мне очень многое не нравится из того, что говорится на этой радиостанции. Но какая истерика, призыв к бойкоту телеканала, призыв к проведению акций протестов, направленных против телеканалов! Господа, если бы у вас была власть, вы бы его закрыли. Тогда вопрос возникает: а в чем же тогда ваши либеральные принципы? Они распространяются только на вас самих? Это очень опасная история. Я очень надеюсь, что в конце концов здравый смысл начнет постепенно возобладать. Зарегистрированы будут, уже начали действовать оппозиционные явно политические партии, которые работают в этом либеральном спектре. И они оттянут всех наиболее здравомыслящих людей из этого спектра сюда, к себе, для того, чтобы бороться за места в парламентах, для того, чтобы выдвигать инициативы, действовать подобного рода образом. Потому что наличие внутри страны политической секты, состоящей из очень неглупых людей, очень харизматичных, энергичных — это опасность, это как постоянная инфекция в организме. Вроде бы в организме все нормально и хорошо, но вот чуть-чуть тряхнуло — а кого когда не тряхнет? — и вот уже лихорадка. Потому что инфекция начинает расползаться, и она использует неблагоприятную ситуацию для того, чтобы погубить организм. Меня это очень сильно беспокоить. Давайте об этом вместе будем думать. А сейчас переходим к нашей главной теме. Как это ни удивительно, для меня очень интересно: одной из важнейших тем предвыборной кампании стал вопрос о трудовойм кодексе, трудовом законодательстве. Напомню, что в феврале этого года ныне действующему трудовому кодексу исполнилось 10 лет. В свое время он был принят в результате очень серьезных споров между работниками, работодателями, различными политическими партиями. Мы создавали согласительную комиссию, в которой участвовали все парламентские фракции, их тогда было очень много, участвовали представители работодателей, представители профсоюзов, правительства. В результате года тяжелейшей работы родился согласованный вариант. Он, конечно же, был компромиссным. А что такое компромисс? Это то, что не устраивает до конца ни одну из сторон. Потому что каждый хотел бы чего-то большего. Но мне кажется, что в трудовых отношениях и должен быть компромисс. Ведь интересы работников и работодателей разные. Работник хочет больше зарабатывать, получать больше денег, иметь больше возможностей отдыхать. Он хочет, чтобы работодатель больше средств тратил на условия его труда. У работодателя основная задача — извлечение прибыли. И иногда удается договориться, иногда — нет. Вот трудовой кодекс обозначает те рамки, за которые не могут выходить ни работники, ни работодатели в своих взаимоотношениях. И поэтому всегда неизбежны компромиссы. В него уже несколько раз вносили поправки. Но в ходе предвыборной кампании один из активных кандидатов господин Михаил Прохоров неоднократно высказывался за то, чтобы отказаться от нынешнего трудового кодекса как такового и принять кардинально новую редакцию. Вчера на заседании коллегии министерства здравоохранения и социального развития Александр Николаевич Шохин, возглавляющий объединение работодателей России «Российский союз промышленников и предпринимателей», фактически, ну, в чуть более мягкой форме повторил то же самое. Наверное, уже настолько нужно поменять трудовой кодекс, что фактически мы примем новую редакцию. Таким образом, спор идет о том, что никто не сомневается в том, что жизнь меняется, с ней меняются трудовые отношения. И это все необходимо учитывать в поправках. Но при этом есть два пути. Путь номер один — продолжать прежнюю работу. То есть на основании нынешнего трудового кодекса обсуждать, достигать согласия между профсоюзами и работодателями, и принимать постепенно поправки. Вариант второй: отказаться и принять новую редакцию. Но она будет радикальна только в интересах одной стороны. В данном случае, в первую очередь, конечно, в интересах работодателей. Те, кто согласен с позицией, что нужно менять трудовой кодекс постепенно и учитывая позиции и профсоюзов, и работодателей — 916-55-81. Те, кто считает, что нужен радикальный слом, смена трудового законодательства, необходимо провести реформы, предлагаемые по Прохорову, — 916-55-82. Пожалуйста, звоните. А сейчас давайте послушаем ваше мнение. 788-107-0. Слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Виктор. Так вы много говорите, но это не об этом. Скажите, пожалуйста, в какой войне погибла ровно четверть населения?

А.ИСАЕВ: Мы сейчас разговариваем о трудовом кодексе. Давайте вернемся к этой теме.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не только о трудовом кодексе. Вы же о многом говорили здесь. Вы говорили о трудовом кодексе, о протесте, о том, что идет вниз и т.д. Вы о многом говорили. Так о чем с вами говорить? Тоже о трудовом кодексе? Да его не просто менять надо, а отменять.

А.ИСАЕВ: Виктор, а что лично вас не устраивает в трудовом кодексе?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Рабство.

А.ИСАЕВ: Это очень абстрактное понятие.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не абстрактное. Раб — это раб.

А.ИСАЕВ: Раб — это человек, которые не получает заработную плату, не может уволиться, не имеет права на коллективные переговоры…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как раз на ту самую похлебку на его заработную плату ему не хватает денег.

А.ИСАЕВ: Люди получают разную заработную плату на разных местах.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, какая это заработная плата? У нас заработная плата только в магазине у продавца…

А.ИСАЕВ: Если будет отменен трудовой кодекс, заработная плата вырастет, с вашей точки зрения?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не будет заработная плата расти, если будет отменен трудовой кодекс. Надо отменить этот, создать нормальный — тот, который был при Союзе, где были гарантии.

А.ИСАЕВ: То есть вы предлагаете к советскому КЗОТу?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Однозначно.

А.ИСАЕВ: Не то, что предлагает господин Прохоров — то есть создать более либеральный трудовой кодекс.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Управлять, а не царствовать. Царствовать — это заботится о населении. А управлять — это просто как быдло какое-то гнать.

А.ИСАЕВ: А вы предлагаете вернуться к советскому КЗОТу. Я услышал вашу точку зрения. Отвечу. Дело в том, несомненно, в советском КЗОТе было огромное количество норм, которые защищали работника. Но они защищали его в условиях государственного социализма. И эти нормы, как это ни парадоксально, начали работать против работника в условиях рыночной экономики. Объясню, почему. Например, в советском КЗОТе существовала норма о том, что если у женщины есть ребенок и она одна его воспитывает, в возрасте до 14 лет, ее нельзя было уволить практически ни при каких обстоятельствах. Знаете, бывают замечательные люди, которые сами воспитывают детей, отдают себя целиком. Мы снимаем перед ними шляпу. Но бывают разные люди. Даже если эта женщина, предположим, сильно выпиваем. Вот она лежит на проходной завода, директор должен через нее перешагнуть и идти дальше, потому что он не имеет права применить к ней такую меру воздействия как увольнение. И это было по-своему логично. Потому что собственником всех средств производства в этот момент было государство. И куда бы эта женщина ни пошла, она все равно пришла бы к этому собственнику. Так какая разница, чего гонять? Пускай она остается здесь, пусть ею занимается трудовой коллектив, профком, местком, ее воспитывает. В этом логика была. Сейчас рыночная экономика. И если мы сохраняем — это показал опыт 90-х годов — сохранили бы норму о том, что женщина, имеющая ребенка до 14 лет, не может быть уволена, если она одинокая женщина, ни при каких обстоятельствах, то тогда эту женщину постарались бы не принять на работу. Получилось бы, что данная норма работала бы против нее. Как, например, существовала норма, запрещавшая ночной труд инвалидов. Она была в свое время создана для того, чтобы защитить инвалидов. Потому что это люди с пониженным здоровьем, надо, чтобы ночью они спали. В советские времена безработицы не было, какую-нибудь работу для них все равно бы нашли. А сейчас после того, как мы эту норму, кстати, перенесли из советского КЗОТа в новый трудовой кодекс, через месяц после этого возмутились объединения инвалидов. Мы вынуждены были эту норму отменить. Они говорят: ребят, извините, мешки ворочать днем можно, а посидеть ночью на телефоне, подежурить в конторе, нельзя. С чего вы это решили? Поэтому перенести просто советский КЗОТ в рыночную эпоху невозможно. Но мне кажется, в нынешней редакции трудового кодекса очень многое из того хорошего, что было в советские времена, сохранено. Именно это пытаются сегодня отменить те, кто считает, что кодекс должен быть более либеральным.

А.ИСАЕВ: Я Андрей Исаев. Мы обсуждаем перспективы развития трудового законодательства. Напоминаю, что вы можете проголосовать. Те, кто считает, что необходимо менять трудовой кодекс постепенно, с учетом мнений и работодателей, и работников, профсоюзов, путем переговоров и компромисса, — 916-55-81. Те, кто считает, что необходимо по предложенному господином Прохоровым и поддержанному господином Шохиным пути пойти для того, чтобы радикально продвинуть нашу экономику вперед, необходим новый трудовой кодекс, более либеральный, его надо принять с чистого листа — 916-55-82. Давайте послушаем ваше мнение. Добрый вечер.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Сергей. Странные люди вам звонят, энергичные, но, по-моему, не очень читали трудовой кодекс. Если просто обратиться к сути того, что предлагает Прохоров, безусловно, идея либерализации и возврат к досоциальным изменениям в обществе трудовых отношений. Потому что, по сути, то, что предлагает Прохоров, — это отнять у работающих людей их права.

А.ИСАЕВ: Вы не поддерживаете его предложения?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно. Причем, он так красиво предлагает, вроде бы помогая людям заработать. Это особенно касается переработок. А откровенно идет разговор именно о том, что бы людей больше эксплуатировать. Потому что настоящий кодекс только ограничивает переработки 120 часами в год. В принципе, достаточно, если люди действительно хотят, достаточно отменить эту норму, ограничение 120 часами. И больше ничего не надо делать. А он-то на самом деле чего хочет? Трудовой кодекс сейчас требует двукратной оплаты переработок.

А.ИСАЕВ: Совершенно верно. А он хочет, чтобы за прежнюю плату можно было перерабатывать, по сути.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Завуалированно, все так хитро подается. На самом деле, никто не объясняет суть этих требований.

А.ИСАЕВ: Вы его позицию не поддерживаете? Давайте попробуем эту передачу, в том числе, использовать для того, чтобы объяснить суть его требований. Я хотел бы, может быть, для тех наших слушателей, поскольку мы с Сергеем в данном случае придерживаемся одинаковой точки зрения и знакомы с этой ситуацией, для тех, кто в меньшей степени знаком, просто объясню, о чем идет речь. Одно из предложений Михаила Прохорова, которое, увы, к сожалению, поддержал «Российский союз промышленников и предпринимателей», заключается в следующем. Сегодня есть определенное количество часов, которые человек может отработать на своем работе — 8 часов. После этого он, в принципе, может быть привлечен работодателем к дополнительной работе в определенных условиях. Но в этом случае за дополнительные часы полагается поначалу полуторная, затем двойная оплата. Это называется переработки, сверхурочная работа. Она ограничена 120 часами в год. Человек может устроиться и на работу по совместительству. Но либо он устраивается, если он хочет этого, на какую-то другую работу, либо, если он устраивается на своей, то по другой специальности. Почему? Потому что в противном случае — мы специально вводили эту норму — может возникнуть ситуация, когда работника будут заставлять работать по 10-12 часов, но при этом брать с него заявление, что он просит взять его на работу в качестве совместителя. К чему это приведет? С моей точки зрения, к очень негативным последствиям. Разговоры о том, что человек может заработать, они, конечно, хороши. Но все хотят заработать, пока молоды, здоровы. А потом, когда молодость и здоровье будут утрачены, то выяснится, что они утрачены. И человек вообще не сможет работать. В конце концов, 8-часовой рабочий день был введен не случайно — он выстрадан, на самом деле, международным рабочим движением. Я хочу напомнить, скоро наступит 1 мая, это не только праздник весны, который все мы отмечаем, но и День международной солидарности трудящихся. И посвящен он именно трагическим событиям, которые произошли в США, где была расстреляна рабочая демонстрация, выступавшая на 8-часовой рабочий день. 8-часовой рабочий день — это очень важное завоевание. Оно дает возможность человеку оставаться личностью. Потому что кроме 8 часов на сон и 8 часов на работу у него остаются еще часы на общение со своей семьей, на чтение, на развлечения, на то, чтобы повышать свою квалификацию. Это очень важный момент. Послушаем еще вашу позицию. Добрый вечер.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей Алексеевич. Прохоров ничего хорошего посоветовать не может, это понятно. А вот интересно, вы находитесь в комитете Думы по труду, правильно? Ваши взгляды, концепция какая, стратегия, у вас там крутится? Собираетесь ли вы, например, восстановить отношение к труду как к служению. Имеющему непреходящую нравственную ценность. Вы собираетесь прекратить превращать наше общество в окончательно общество потребления или нет?

А.ИСАЕВ: Я понимаю, о чем вы говорите. Вы имеете в виду, что последние годы сложилось такое ощущение, что… та же пропаганда рабочих профессий была отброшена. На людей в 90-е годы, которые шли работать на рабочие специальности и даже на инженерно-технические, смотрели свысока. Это было? Было, бесспорно. И считалось, вот такой способ зарабатывания легких денег, он казался таким наиболее оптимальным типом поведения. К сожалению, так сложилось. Я с вами согласен полностью, что эту ситуацию надо переламывать. Отчасти это делается. Вы знаете, что во многих городах проводятся конкурсы профессионального мастерства. Об этом, кстати, сказал Владимир Путин в своей статье накануне выборов. Он сказал, что мы должны создать рабочую аристократию. Впервые по отношению к рабочим употреблен термин «аристократ», это очень важно. О том, что будет составлен общенациональный реестр, куда будут включены и инженерно-технические работники, и рабочие, потому что сегодня аттестацией вот этих категорий работающих людей занимается только работодателей. Где-то занимается, где-то не занимается. А вот когда будет реестр, человек будет в национальном реестре, ему и работу будет легче найти, он будет иметь больше оснований требовать более высокой заработной платы себе, и это будет государственное внимание, государственный интерес к его деятельности. Необходимо принимать реальный закон об аттестации рабочих мест для того, чтобы с участием государства и профсоюзов рабочие места проходили регулярно такую аттестацию и мы убирали вредные, опасные условия труда, повышали ответственность работодателей. Кстати, в последнее время приняли законы, которые повысили такую ответственность. И сейчас мною внесен в Государственную Думу законопроект, который усиливает уголовную ответственность работодателей за нарушение техники безопасности и условий труда, повлекших тяжкие последствия. Надеюсь, что коллеги из комитета по законодательству это дело поддержат, и такой закон будет принят. Но я напоминаю, что вы можете проголосовать. Те, кто считает, что трудовой кодекс надо менять постепенно, с учетом интересов и работников, и работодателей, с учетом компромиссов и договоренностей, — 916-55-81. Те, кто считает, что в данном случае правы те, кто говорит о необходимости радикального изменения, либерализации трудового законодательства, — 916-55-82. Пожалуйста, ваш звонок.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Игорь, Москва. Подскажите, мне до пенсии осталось буквально пять лет. С ужасом, честно говоря, думаю о том, что сейчас вот поднимут и всё.

А.ИСАЕВ: Пенсионный возраст поднят не будет. Игорь, мы вернемся к этой теме.

А.ИСАЕВ: Я Андрей Исаев, председатель комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов в Государственной Думе. Мы обсуждаем реформу трудового законодательства. Напоминаю, что у нас идет голосование. Те, кто считает, что трудовой кодекс надо менять постепенно и с обязательным учетом интересов всех сторон социального партнерства, и работников, и работодателей, — 916-55-81. Те, кто считает, что нет, на самом деле, необходима радикальная смена трудового кодекса, чтобы он носил либеральный характер и дал работодателям больше прав и возможностей, — 916-55-82. Перед перерывом на новости позвонил Игорь и задал важный вопрос. Он сказал, что ему пять лет до пенсии, и он сейчас опасается, не будет ли поднят пенсионный возраст. Могу еще раз подтвердить то, что говорил и до президентских выборов: пенсионный возраст поднят не будет. Да, такие разговоры продолжают вестись и ведутся. Да, выступают разного рода эксперты, которые оказывают давление на Владимира Путина, добиваясь принятия этого решения. Что сказал Владимир Путин буквально вчера, выступая на расширенной коллегии Министерства здравоохранения и социального развития? Он сказал, что мы должны дать возможность тем людям, кто имеет работу, имеет здоровье, силы и желание работать дальше, перенести в добровольном — подчеркиваю, добровольном — порядке свой выход на пенсию на более поздний срок. В этом случае, заключив соответствующее соглашение с пенсионным фондом, они в дальнейшем, в будущем, получат более высокую пенсию. Такой подход, с моей точки зрения, абсолютно оправдан. Потому что в этом случае люди имеют работу, они на этой работе остались, соответствующее соглашение заключили, пенсию себе в будущем увеличили. Если люди не имеют работу, не имеют сил, здоровья, желания или хотели бы выйти на пенсию и перейти на какую-то более легкую и более сокращенную работу, у них останется прежний пенсионный возраст. Совершенно однозначная позиция. От пенсий возвращаемся к трудовому кодексу. Давайте по трудовому кодексу поговорим. Какие у вас есть, возможно, претензии к трудовому кодексу? Пожалуйста.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я пенсионер и бывший профсоюзный руководитель одной из организаций. Дело не в трудовом законе, какой бы он ни был. В России загублены, профсоюзов по существу нет. Вспомните советское время — ни одно премирование без подписи руководителя нельзя было сделать…

А.ИСАЕВ: Ну, хорошо. Давайте вернемся к профсоюзам в советское время. Несомненно, в советское время профсоюзный комитет обладал очень большими полномочиями. Он давал согласие на увольнение работника, и без его согласия нельзя было уволить. Он имел большую материальную базу. Он входил в так называемый треугольник. Но вспомним, что это же самое дело делали, кстати, очень много полезного профсоюзы. И я с уважением отношусь к тем людям, которые в этот период работали в профсоюзном движении. Они создавали и спорт массовый, они создавали и дома культуры, они по-своему следили, контролировали ситуацию на производстве. Я помню, когда я школьником пришел на практику, меня отстранил профсоюзный представитель от работы, потому что мне не выдали спецодежду. Это было на самом деле, и это было очень полезно и нужно. Но все-таки в тот момент профсоюзы были фактически частью государственной машины. Мы это прекрасно понимаем. Более того, был специальный декрет о слиянии наркомата труда с профессиональными союзами. Поэтому они работали, как государственная машина, как вот такой государственный орган. Сегодня иная ситуация, мы живем в условиях рыночной экономики. В советские времена профсоюзы в определенных случаях давали согласие на увольнение работников, когда это было нужно администрации, мы с вами прекрасно знаем. А вот сейчас морально было бы, чтобы профсоюз давал согласие на увольнение своего члена, даже если тот неправ? С моей точки зрения, аморально. И поэтому в трудовом кодексе учитывается мнение профсоюза, профсоюзу оставлены возможности бороться за права своих членов. Но делать профсоюз соавтором решения по увольнению, конечно, трудовой кодекс не позволяет. Пожалуйста.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это из Москвы вас беспокоят. Алексей Иванович. Мне 70 лет, я работающий пенсионер. Обратился в соцотдел по поводу присвоения ветерана труда. Сказали, что надо правительственную награду. У меня 50 лет стажа. Вы извините, а десять лет отработавшие, имея юбилейную медаль, получают ветерана.

А.ИСАЕВ: Алексей Иванович, я согласен с вами, это несправедливо решенный вопрос. У нас ветераны труда сегодня отнесены к ведению субъектов Федерации. Но я считаю, что должно быть общее некое правило, которое учитывало бы в первую очередь стаж. И в этой связи мы договорились, сейчас в нашем комитете по труду, социальной политике и делам ветеранов собралась сильная гвардия. Владимир Иванович Долгих, может, вы его знаете, дважды Герой социалистического труда, является активным участников нашего комитета. Михаил Алексеевич Моисеев, генерал армии, руководитель Генштаба бывший. Они ведут ветеранскую тематику. И мы договорились, что в ближайшее время мы проведем парламентские слушания, на которых обобщим весь опыт действия всех законов, касающихся, в том числе, ветеранов труда, в субъектах Федерации, необходимые поправки внесем. Я с вами согласен, что здесь в первую очередь должен стаж играть роль.

А.ИСАЕВ: Я Андрей Исаев. Я возглавляю комитет по труду, социальной политике и делам ветеранов в Государственной Думе. Это программа авторская. Мы сейчас обсуждаем с вами вопрос трудового кодекса в РФ. Я напомню для тех, кто только что к нам присоединился, что у нас проходит голосование. Те, кто считает, что трудовой кодекс нужно, необходимо менять, но с учетом интересов всех сторон — и работников, и работодателей, делать это постепенно, — 916-55-81. Те, кто считает, что правы «Российский союз промышленников и предпринимателей» — необходима коренная реформа трудового кодекса в интересах работодателя, для того, чтобы таким образом оживить экономику, — 916-55-82. Мы сейчас с вами говорим о тех достоинствах и недостатках, которые имеет трудовой кодекс. Пожалуйста.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Алексей, Москва. Я являюсь работодателем. У меня совсем малый бизнес. И мне интересно: что-то планируется предпринимать с социальной нагрузкой на малый бизнес, чтобы, скажем так, разрешить нам выйти из тени?

А.ИСАЕВ: Алексей, вы имеете в виду, насколько я понимаю, взносы во внебюджетные социальные фонды, да?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не только. Соблюдение того же самого трудового кодекса в плане аттестации рабочих мест и т.д. В принципе, для малых и очень малых предприятий это тяжелая нагрузка. И такой нагрузкой нас просто в тень загоняют и не дают работать. Если мы будем выполнять все нормы закона, то услуга будет стоить просто раза в два больше, чем сейчас.

А.ИСАЕВ: Алексей, я вас услышал. Давайте вы послушаете меня тоже. Я считаю, что малому бизнесу необходимо создавать преференции. Определенные такие преференции в виде налоговых нагрузок создаются. Но есть вещи, где преференции создать сложно. Сейчас малый бизнес в значительной мере получил льготы на несколько лет, связанные с уплатой взносов во внебюджетные фонды. Тем не менее, взносы эти платить нужно, потому что люди, которые у вас работают, их, наверное, немного. Но это все-таки люди, которые работают. И они должны заработать пенсию. Вот для того, чтобы они заработали пенсию в будущем, за них должны отчислять взносы в пенсионный фонд. Вы. Другого пути нет. Если вам взносы сократить для того, чтобы облегчить положение ваше как малого бизнесмена, то в этом случае человек, выйдя в будущем, через много лет, на пенсию, получит меньший размер пенсии. Это очень плохо, как вы понимаете, ущемляет его права. Что касается аттестации рабочих мест. Я думаю, что когда речь идет о малом бизнесе, нагрузку в большей степени должны взять на себя — в смысле оплаты необходимых услуг по проведению такой аттестации — должно взять на себя государство. Это может быть такой формой поддержки малого бизнеса. Но мой общий принцип, который, я думаю, мы должны выдерживать, заключается в следующем: малому бизнесу можно создавать преференции в любых налогах, но не в социальных взносах. Малому бизнесу можно создавать преференции в том, чтобы облегчать его взаимоотношения с государством, но ни в коем случае не создавать преференции за счет того, что он будет иметь какие-то дополнительные права по отношению к своим работникам. Права, которые бы сокращали права этих работников. Вот с этим соглашаться нельзя. Потому что в противном случае получается, что ваш интерес, логичный, законный интерес как малого бизнесмена, бьет по интересу вашего работника, такого же гражданина, как и вы. Пожалуйста, слушаем вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я двумя руками за увеличение пенсионного возраста. Конкретно на своем примере могу рассказать. 52 года, был уволен из органов по проводимой реформе. Ни одного замечания, мастер спорта. Мог бы еще работать и быть полезен. Но законодательство не позволяет.

А.ИСАЕВ: Почему не позволяет? Никто не запрещает человеку, достигшему пенсионного возраста, продолжать работать. Вы не можете работать в органах, если вас оттуда уволили. Но на других местах вы можете работать.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Но я бы хотел в своей сфере.

А.ИСАЕВ: Это иная ситуация. Наверное, можно искать какие-то виды деятельности близкие, похожие. Это вопрос, скорее, относящийся к госслужбе и к военной службе, к деятельности силовых органов. Это отдельная тема, давайте ее обсудим как-нибудь обязательно тоже. Но вот если говорить: вы за повышение пенсионного возраста только для людей, находящихся в таких служебных условиях, или для общего пенсионного возраста? К сожалению, это осталось загадкой для нас. Но будем надеяться, что речь шла только о повышении пенсионного возраста для тех, кто находится на военной службе или на службе в силовых структурах. Там тоже, на самом деле, неоднозначная точка зрения по этому вопросу. Пожалуйста.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Тамара Николаевна вас беспокоит. Меня такой вопрос интересует: раньше люди работали, у них и зарплата, и пенсия как-то зависели от стажа работы. И временно брали не всех людей. Сейчас всех берут временно. Год отработал человек, через год опять перезаключил договор. Еще год отработал, еще, и так продолжается бесконечно.

А.ИСАЕВ: Где вы работаете, какой вид деятельности?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я работала в торговле, сейчас я работаю в образовании.

А.ИСАЕВ: И с вами заключили договор? Срочный?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И даже люди, с которыми был заключен договор постоянный, уже люди отработали 10, 14 лет, их заставляют перезаключить договор на временный. Это законно?

А.ИСАЕВ: Незаконно абсолютно. Сейчас расскажу. Дело в том, что в трудовом кодексе действующем есть исчерпывающий перечень оснований, по которому работодатель вправе заключить срочный трудовой договор с работником. Вот только по тем основаниям, которые там изложены. По всем остальным основаниям работодатель обязан заключать бессрочный трудовой договор. Более того, есть еще одна норма: если два раза с одним и тем же работником, без изменения профиля и характера услуг заключался срочный договор, работник вправе потребовать, чтобы этот договор был оформлен как бессрочный. Общая установка у нас такова, что для того, чтобы были устойчивые коллективы, чтобы человек себя чувствовал защищенным, должны доминировать бессрочные договоры. Более того, в этом есть еще определенный политический подтекст, связанный с профсоюзным движением. Представьте себе, если работодатель не очень хорошо относится к тому, что в его организации, учреждении действует профсоюз. И если каждый работник ежегодно должен перезаключать с работодателем договор. Вы понимаете, с кем он в первую очередь не перезаключит такого договора? С профсоюзными активистами. Это очевидно, это ясно. В случае, если он просто попытается уволить, у профсоюза будет основание вступиться, бороться за своего активиста, добиваться того, чтобы была доказана его правота. А в данном случае ничего объяснять не нужно. Поэтому трудовой кодекс нацеливает на то, чтобы договоры были бессрочными. Посмотрите, пожалуйста, соответствующие статьи. Если в отношении вас допущена несправедливость, вы можете обратиться в профсоюзную организацию. Они действуют и в сфере образования, и в сфере торговле. Вы можете обратиться также в Рострудинспекцию. По действующему положению, Рострудинспекции запрещено раскрывать работодателю имя обратившегося заявителя. Пожалуйста, слушая вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Это Игорь, Москва. Рассказываю ситуацию: работаю в Москве, по совмещению. Получается сутки через сутки, плюс это ночь. Не оплачиваются ни выходные, ни ночные, ни праздничные. Просто зарплата и аванс, всё. Договор был заключен на пятидневную рабочую неделю 8-часовую, плюс ко всему, это еще все оформлено как РОИ, общество инвалидов. Как вам этот вариант?

А.ИСАЕВ: Это абсолютное нарушение закона. Вы должны работать так, как написано в вашем трудовом договоре. Иные условия — это называется изменение (есть такая отдельная статья) существенных условий трудового договора. А рабочий график — это изменение существенных условий трудового договора. Такое изменение может производиться только по взаимному согласию работодателя и наемного работника. Вы вправе пожаловаться. И в отношении работодателя будут приняты соответствующие меры. Кроме всего прочего, вы можете объяснить вашему работодателю, что если дело кончится, предположим, тем, что вы уйдете от него к другому работодателю, вы вправе подать в суд и требовать компенсации, в том числе морального вреда, который был вам нанесен.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это все практически недоказуемо.

А.ИСАЕВ: Необходимы свидетели, которые скажут, как вы на самом деле реально работали.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Свидетели — это весь коллектив этой компании, она очень большая.

А.ИСАЕВ: Рострудинспекция может прийти и затребовать графики сменности для того, чтобы убедиться, как вы на самом деле работаете. Но без вашего согласия переводить вас с 8-часового рабочего дня на такую работу нельзя.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Все сделано по согласию.

А.ИСАЕВ: Вы согласились? Если вы подписали, когда вы подписываете — я многократно говорил и говорю всем нашим слушателям: если вы подписали согласие с увольнением своим или с тем, что вас переводят на другой режим работы, значит, вы согласились юридически. В этом случае работодатель чист. Вам будет сложно что-либо доказать. Какой путь у вас может быть. В вашей компании есть профсоюзные организации?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не знаю. Нет, наверное.

А.ИСАЕВ: А какая отрасль у вас, чем вы занимаетесь?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Торговля оптовая.

А.ИСАЕВ: В Москве есть городской комитет профсоюза работников торговли, обратитесь туда. Вам помогут, в том числе помогут создать профсоюзную организацию. И тогда уже она будет добиваться того, чтобы в отношении вас не было сверхэксплуатации и был порядок. Потом позвоните мне, расскажете, как это все произошло. А я переговорю с руководителями соответствующего горкома профсоюза. Я напоминаю, что у нас в прямом эфире идет голосование. Буквально через минуту мы поведем результат. 916-55-81 — если вы считаете, что трудовой кодекс должен меняться постепенно и в интересах работников, и в интересах работодателей. Если вы считаете, что трудовой кодекс должен быть изменен радикально, должен носить более либеральный характер — 916-55-82. Послушаем еще один звонок. Мне кажется, что мы закольцовываем нашу передачу. Потому что такой же пропадавший звонок был в начале, и сейчас он в конце. Это даже какой-то жанр получается. Давайте тогда подведем итоги нашего голосования. Оно завершилось. Могу сказать, что 83 процента проголосовавших — достаточно солидное количество людей голосовало — однозначно высказались, что нужно менять нынешний трудовой кодекс постепенно, обязательно учитывая точку зрения и работников, и работодателей, обязательно искать компромисс. 17 процентов тех, кто проголосовал, высказались за то, что необходима кардинальная, существенная реформа трудового кодекса. Реформа, которая была бы радикальной и она дала бы работодателям больше прав. Я могу сказать, что это спор вечный. Потому что работодатели хотят своего, наемные работники хотят своего. И каждый раз работодатели при этом говорят, что нужно повышение эффективности экономики, гибкий график, представление больших возможностей, повышение конкурентоспособности. Звучат замечательные слова, прекрасные слова. Но мне кажется, что никогда не может быть эффективной экономика, основанная на рабском труде. Если вы заставляете своего работника работать по 10 часов вместо 8, он в конце концов просто устанет. Ждать от него изобретательности, ждать от него внимания, ждать от него каких-то трудовых подвигов просто физически будет невозможно. Если вы не учитываете интересов своего работника, если вы волюнтаристски руководите коллективом, это неизбежно будет отражаться на негативном отношении к вам. Поверьте, это негативное отношение работники сумеют, найдут возможность проявить. Поэтому путь, по которому идет все человечество реально — это путь социального партнерства. Да, у нас разные интересы. Да, у нас есть споры. Но мы садимся за стол переговоров и договариваемся. В этом месяце кроме десятилетия трудового кодекса был еще один важный юбилей — исполнилось 20 лет российской трехсторонней комиссии, в которой представители работников, профсоюзов, правительства и работодатели ведут переговоры и вырабатывают решения. Решения, без которых мы, например, в Госдуме не можем принять ни одного закона, касающегося транссоциальной трудовой сферы. Это тяжелый путь, но этот путь обеспечивает социальный мир в нашем обществе. Он обеспечивает уважением к интересам граждан, чем бы они ни занимались. На этом мы заканчиваем нашу программу. Услышим друг друга в следующую субботу в 19 часов на «Русской службе новостей».