Исаев Андрей Константинович

Опрос

В условиях экономического кризиса государство должно
максимально экономить деньги, сворачивая все программы
финансово максимально поддерживать граждан и, соответственно, покупательную способность

Голосовать

Ссылки

4. Предложения ЦСКП для новой программы партии "Единая Россия"

Новости

Андрей Исаев: "Единая Россия" - стержень отечественной общественно-политической системы

Заместитель Секретаря Президиума Генерального совета партии "Единая Россия", руководитель комитета Государственной Думы по труду и социальной политике Андрей Исаев объясняет, почему сегодня у "Единой России" нет реальных оппонентов на политическом поле:

- Сегодня на политической сцене не существует боле заметной партии, чем "Единая Россия". Партия имеет максимально возможную поддержку населения, переваливающую за 40%. Если сложить электорат всех остальных партий, участвующих в выборах, они все равно пока не дотягивают до "Единой России". Однако такая популярность приводит к тому, что, находясь в центре общественного внимания, Партии приходится выдерживать и максимальное количество нападок на нее с разных сторон. Возникает парадокс следующего характера: если судить по результатам выборов, то "Единая Россия" это самая народная партия, если читать газеты, то "Единая Россия" это партия чиновников, которая проводит антинародную политику. Попытаюсь объяснить, в чем тут дело.

Бесспорно, "Единая Россия" является стержнем общественно политической системы всего нашего общества, и поэтому любая политическая сила, стремящаяся изменить соотношение сил на политической арене, не может не критиковать "Единую Россию", не может не пытаться отвоевывать у нас пространство, потому что иного пространства уже не осталось. Так появляются всевозможные обвинения в адрес нашей партии.

Обвинение первое. Через "Единую Россию" администрацией Президента насаждена фактически однопартийная система, чего нет в других странах. Я категорически не согласен с теми, кто говорит, что в России сегодня существует однопартийная система. Это не так. В России на сегодняшний день существует полуторапартийная система, которая является вариантом многопартийной системы. Собственно, варианта многопартийности может быть два, третьего не дано. Первый это двухпартийная система, когда в обществе существуют две более- менее равновесные партии, которые обладают примерно одинаковым потенциалом и возможностями, сменяют друг друга, представляя близкие, но разнящиеся в нюансах позиции. Классический пример - правоцентристы и левоцентристы на Западе, или республиканцы и демократы в США. Второй вариант – полуторапартийная система. Она тоже является формой многопартийности, когда при наличии политических свобод, при соревновательности политических партий в обществе есть одна партия доминирующая. Является ли это особенностью России? Вовсе нет. Например, в Японии вот уже 60 лет у власти находится либерально демократическая партия. В Швеции 80 лет у власти находилась социал-демократическая партия, в Германии у власти 26 лет держался блок ХДС-ХСС (фактически это одна партия). Во Франции в период острейшего алжирского кризиса к власти пришла Голлистская партия и находилась у власти, не пуская к власти левых, на протяжении всего этого периода. При этом никто не считает, что в этот момент в этих странах отсутствовала демократия, отсутствовали политические свободы.

Таким образом, общество избирает полуторапартийную систему в переходный период, когда общество ставит перед собой глобальные задачи и понимает, что жить в старой системе оно не может и необходимо двигаться к новой системе. Так было в Японии, когда она отказывалась от феодальной системы, так было в Германии, когда она выходила из режима национал-социализма, так было во Франции, когда оказалась в кризисе их Четвертая республика. Была нужна партия, которая олицетворяла бы общее желание всего общества перейти к этим новым изменениям, сохранить страну и при этом учитывать интересы всех социальных групп. Существуют ли иные пути решения этой проблемы?

Да существуют. Например, Италия выходила из кризиса, не имея такой доминирующей партии. Правда, начиная с 1945 года в стране было 46 правительственных кризисов, и это, вне всякого сомнения, сильно задержало экономическое развитие страны, но, тем не менее, и такой опыт в современной истории имеется. И он показывает, что для переходного периода полутора партийная система наиболее эффективна.

Второе обвинение в адрес "Единой России" звучит так: только в России есть партия одной личности – Президента, и как только он уйдет, партия развалится. Однако подобная ситуация случалась не только в России. Та же Голлистская партия во Франции была создана под одного человека Шарля де Голля. Она шесть раз меняла свое наименование, но ни в чем не отступала от курса де Голля, последовательно проводя его в жизнь. Их идеология и программа существенно отличается от их оппонентов – социалистов слева и националистов Ле Пена справа. Блок ХДС-ХСС был сколочен под лидера немецких правоцентристов Аденауэра, который предложил вполне определенную программу выхода из кризиса и создания "немецкой социальной модели". Именно Христианские демократы предложили ту систему, которая сегодня называется социальным государством Германии. Именно Эрхард предложил модель так называемой социальной рыночной экономики. Поскольку социалисты в то время стояли на твердых социалистических позициях, они выступали против рыночной экономики как таковой за строительство социализма. В связи с этим мы приходим к выводу, что партия, созданная под общенационального лидера, - тенденция не российская, а общемировая.

Впрочем, это и общероссийская тенденция тоже. Только КПРФ построена у нас не под личность, точнее, построена она под давно умершую личность, в остальных же партиях роль личности огромна. Партию Яблоко невозможно представить без Явлинского, СПС без их спонсора и идеолога Чубайса, про ЛДПР, а также о том, что будет с партией, если Жириновский уйдет на пенсию, говорить и вовсе бессмысленно.

Третье обвинение заключается в том, что "Единая Россия" якобы не имеет идеологии. Здесь надо сказать, что определения социализм, капитализм, коммунизм и тому подобное используются сегодня только в Западной Европе. На мой взгляд перенести калькой западноевропейскую идеологию на нас невозможно. Западноевропейские партии проходили определенный путь становления.

Исторически социал-демократия - это функция рабочего движения, которая была призвана лоббировать интересы организованного рабочего движения. Это комитет Лассаля в Германии, союз тред-юнионов в Англии. Изначально социал-демократы стояли на довольно радикальных позициях, тем не менее, в результате революции, а также того, что им пришлось, взяв власть, разбираться в финансовых и хозяйственных вопросах и отвечать за судьбу страны, взгляды партии стали смещаться к центру. Они признали ценности рынка, экономики, сохранения государства. С прошлым они связаны сегодня только исторически.

Правоцентристы – лагерь противоположный. Они опирались на консерватизм и религию, пытались сохранить традиционные ценности: семью, государство, национальную культуру, а также право собственности и рыночную экономику, хотя не столь жестко как это делают либералы, - и противостоять наступающему рабочему движению. Но, придя к власти, консерваторы поняли, что нельзя не учитывать интересы наемных работников и профсоюзов, что нужно опираться на социальный диалог. В результате консерваторы также оказались в центре. Сегодня они тоже центристская партия, которая называет себя по традиции христианско-демократической ( хотя давно выступает за абсолютную толерантность в вопросах веры). Таким образом, эти организации проделали путь, соответствующий историческому пути Европы: слева и справа - в центр.

Нам сегодня говорят, почему вы - в центре, вернитесь на фланги как партии начала века. Миронов говорит, раз вы правая партия, вы должны плюнуть на трудящихся и защищать бизнес. Зачем нам это делать? Мы защищаем интересы бизнеса, но почему мы при этом должны плевать на трудящихся. У нас вполне взвешенная центристская позиция. То, что соответствовало идеологическим традициям 19-20 века, традициям других стран, которые переживали совершенно другие этапы исторического развития, не может быть автоматически перенесено в Россию.

В России у нас есть оппоненты справа и слева. В Западной Европе существует такое разделение, впрочем, очень условное: если социал- демократы делают упор на справедливое распределение, то консерваторы ставят во главу угла свободное развитие рынка. Существуют "качели": когда требуется усилить бизнес, к власти приходят центристы и принимают соответствующие решения, когда требуется усилить социальную защищенность, перераспределить пирог, к власти приходят социал-демократы. Это соответствует основному конфликту, который существует сегодня в Европе, - конфликту между экономической эффективностью и социальной справедливостью.

Сегодня в России основной конфликт другой, он строится вокруг вопроса: какое место займет Россия в мире. Выделим тут три позиции в обществе. Первая это изоляционисты Те, кто выступает за особый путь, против Запада. Вторые – те, кто призывает вписаться в западную цивилизацию любой ценой, условно назовем их правыми либералами. Третьи - это мы, мы говорим, что безусловно Россия должна вписываться в мировую цивилизацию оставаться частью этой цивилизации, при этом не теряя своей самобытности. Мы должны реформироваться, строить демократию, рыночную экономику, но не ради Запада, а ради себя. Западные традиции нам нужны не для того, чтобы понравиться Западу, а чтобы в первую очередь решить проблемы России. Именно в этом и заключается наш подход.

Мы за интеграцию в мировое экономическое пространство, в ходе которой учитываются интересы России. Мы консервативны, потому что опираемся на наши традиции, исходим из наших возможностей и опыта. Нам предстоит выстроить сложную линию, линию центра. Вести страну, понимая необходимость реформ и вместе с тем понимая, что цена, которую общество платит за реформы, не может быть безразмерной, - это очень сложная позиция, но она единственная - реально ответственная. Именно поэтому, с моей точки зрения, реальных оппонентов у "Единой России" на политическом поле сегодня не существует.